Блог teh-mariko

Регистрация

Календарь

<< Сентябрь 2013  

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30

Теги

9 мая  [цензура]  а ген - плагиатор!  аделир  амэ  амэ-тян  аним  аниме  блюз иной стороны  буран  в память о крокодиле  гуро  девочки  депрессия  джа-нэ  евангелион  жаль  жж  игра  истории воспоминаний  кен  комменты  космос  кости у дороги  котэ  кьюбей  лиля  лэйн  май каваюри  мальчики  мари  математика  места обитания  мудрость крокодилов  няшка  панцу  первый отряд  пожарик  птаха  реальность  сайори  ссылки  суп  таро но таби  тех марико  тех фантастика  тохо арт  тролль  фоллаут нью вегас  хай  хомура  человеческий тролль  школа  шляпа  экзистенция  юрусанай  ★_★ 

На странице

RSS - подписка

Спящий класс

Ikutsu ka no entiti no shugo chi...

Project WE!

-Америка стала разваливаться – плата за развязанную третью мировую. Штаты один за другим заявляли о выходе из её состава. Никто не хотел быть, жить в стране убийц, когда эту гадость понесло от границ с Россией ветром на Европу – тем более. А потом еще эти эпидемии которые вспыхивали сразу в десятках штатов. Многие священник или просто сумасшедшие параноики объявили это карой господней. Штаты закрывали границы и выходили из содружества. Если это и была кара, то господь карал людей руками других людей. Еще в о времена советского союза сотни уехавших в Америку людей везли с собой штампы самых опасных вирусов под видом чего угодно, их так легко спрятать. После развала советов число любящих Америку русских возросло, многие специалисты уезжавшие туда по прежнему были завербованы наследницей КГБ. Кто-то выбрасывал ампулы сразу. Я знала семью, так они провезли свой контейнер в матке родной шестилетней дочери, я знала пару молодоженов – они поступили почти так же. Тройной контейнер, по принципу матрешки, он не расплавиться это тебе не пакетик героина. В самом маленьком – штамп сибирской язвы или чего похуже и уникальнее. Вся Америка заполнена выходцами из России, так что они о себе заявили после начала третьей мировой, удара по русским военными базам и вторжением миротворцев избавлявших Рашку от диктатуры правящего режима и несших дермократию и все такое в обмен на газ и нефть и безопасную утилизацию ядерного арсенала, ну очень безопасную – на месте. Легко добавить опасный вирус в систему подачи воды в городе, или еду детей в школе, можно даже умудриться сделать это анонимно, это делается так просто, штампы бактерий хранятся десятилетиями, вирусов – тысячи лет, некоторые ампулы были защиты в загранпаспорт, представляешь, они такие маленькие, их можно раздавить в зубе или спрятать в любых личных вещах, хоть в зубной щетке. Самое эффективное и дешевое оружие, самовоспроизводящееся. Русские дети сгорели в ядерных взрывах быстро – американские умирали медленно, их внутренние органы плавились днями, они корчились от ужасных судорог и выплевывали собственные кишки в лица обеспокоенных родителей. Чем не кара господня? Всегда найдутся жаждущие воспользоваться возможностью, сексты росли как на дрожжах а штаты выходили из состава бывших США и образовывали самостоятельные государства, закрывая на карантин границы, присоединяясь к Канаде или Мексике. Америка развалилась буквально за полгода. Вся. Евросоюз распался и продолжил делиться все мельче и мельче. Распалась Германия. И Великобритания распалась, от неё откололась Ирландия. Когда-то англичане считали ирландцев за животных и устраивали геноцид их детей платя за отстрел оных из лука треть того что полагалось за убитого волка. После третьей мировой ирландцы это припомнили и пообещали что больше никогда не станут называться частью Великой Британии. Столь долгожданный мировой порядок рухнул в одночасье, столько трудов вложенных в укрепление мира сгорели из-за одной ошибки. Стремление сделать мир еще чуточку безопаснее окончательно уничтожив арсенал взбесившейся страны было успешным, но окончательно изменило мир не в лучшую сторону еще раз доказав простую истину – цепочкой маленьких и аккуратных шажков к миру можно прийти к одной большой огромной войне. Сияющий немирный атом возвестил начало новой эпохи, в которой распадаться стало модным – распалась Католическая Церковь, папу линчевали и вывесили сушиться на его душистых простынях, старик этого не заслужил, уж верьте мне даже за все прегрешения всех педофилов Ватикана. Толпы невероятно быстро размножающихся арабов заполонили Европу и принялись линчевать и резать, резать и линчевать. На улицах хватали людей и показывали им Коран, если кто-то отводил глаза – ему вспарывали брюхо. Наверное так и выглядит в идеале Джихад. Я не знаю – представляла что-то боле грандиозное, вроде того что было у Херберта. Началась новая феодадальная раздробленность очередных Средних Веков. Никому не нужна была наука, люди просто пытались хоть как-то выжить и винили во всем ученых.


***
-Сибо из-за твоей Гарлемской Трясучки все сходят с ума. Тебе никто и никогда не говорил что ты Ведьма? – Спросила девочку с пепельно-белыми волосами девочка с волосами ярко-зелеными. Желтые глаза свело к переносице, взгляд был переполнен внутренней боли и мировой скорби, любой посмотревший сейчас на SS-тян сказал бы что у неё месячные.
-Она не ведьма. – Упрямо буркнула Санакан потягивая сок через соломку. – Она – уличный маг. Сибо Блейм. 86й уровень. Оставь Надежду всяк на неё смотрящий. Аминъ.
Харлем Шейк.
На секунду пространства не стало. No Data – отобразила Матрица Супервизору. Потом в уже другой заново переписанной реальности вокруг них безумствовала толпа школьников и школьниц, вытворяя такое...
Причем все реально тащились и думали что именно этого сейчас и хотят.
-Блин. – Уткнулась в свою пиццу Гипножаба. Внутри у Гипножабы безумствовала Арису-тян. Она представляла себе что совокупляется со школьной доской. Что она мальчик и трахает школьную доску. Серьезно. Лакированное дерево, запах школьного мела и тонкий аромат вековых знаний. Её это возбуждало. Серьезно...
-По непроверенным и крайне противоречивым почти последним данными агентурной сети кукол Инь против нас играют Кира (Ягами Лайт), Лелуш де’Ламперуж и Пол Атридес. И еще кое-кто по мелочи.
-Так я пошла отсюда. – Арису вскочила и попыталась рвать когти с лапок но её ухватили за рюкзачок и тормознули.
-Отпусти-ка! Мы же им просрем как в прошлый раз одному Полу.
-С нами Кен. И с нами Вадим.
-Ага, как в той песенке по девочку по имени Элис. Пусти-ка! У них же у всех IQ за двести и они его на подобные зерг раши и заточили. Кира с Лелушем играют как в шахматы, ты же их не отследишь толком даже, им даже прыгать не надо, их хрен кильнешь и хрен перережешь все их цепочки, в итоге мы будем постоянно дохнуть и так ничего и не добьемся. Лучше пойдем к эльфам Саурона в который раз мочить. Сокры дреугов грабить.


***
-А потом, - сказала Каору пепельноволосая девочка раздвигая свои тонкие как ветки ивы ножки. – Рей казнят. На площади города. Последние слова которые она будет шептать про себя пока палач переломает её тонкие и нежные ручки и ножки, чтобы плеснув в лицо водой – отрубить наконец головку твоей сестренке, последние слова...
-Марико... – прошептал Каору целуя иные места Сибо. Девочка мелодично засмеялась.
-Да. – Ответила она водя руками по животу, закрывая глаза. – Она будет шептать это все быстрее и быстрее, захлебываясь этим именем, чтобы отрешиться от боли, от того мгновения когда её не столь уж длинная и чертовски глупая жизнь прекратится. Чтобы сохранить это имя в своем последнем вздохе, имя которого больше нет. Ведь она ошибалась. Всю жизнь бежала не за тем человеком, запретила себе любить, печально да? Потом она станет ей, девочкой которую любила и которую потеряла. Это будет иной мир, космическая станция Фобос. Стер6мная-стремная Санакан, моя сестренка кстати вырастит девочку от меня (в те времена того мира такое станет возможным) на своей станции, где служит, держа в одной комнате.
-Полной котов?
-Обязательно. Ты же знаешь, душа Люси любит котов. Неко Люси, Меганеко! Там было много-много гравитационно устойчивых экологических марсианских котиков.
Сибо вскрикнула когда Каору сорвал ей девственность. Через мгновение она потекла в него, алая кровь. Каору трахал и ел Сибо одновременно. Это было бы грубо, если бы не стало столь желанным так давно.
-Вернемся к сюжету. – Ответила Сибо на мысли Каору когда тот закончил. Он выпил её, но выпитая Сибо – иная Сибо. Ведьма, мать Юки, она как бутылка Клейна, в ней нет ни внутри ни снаружи, нельзя выпить Сибо досуха, ну нельзя, это как пить вселенную, в которой живет она. В ней всегда есть что-то еще. – Ну мы конечно прилетим на Софионе и немножко поскандалим, потом я с Санакан запрусь и круто бешено там с этой сучкой поебусь. А вот Марико, вот ведь черти – бедняжка с детства одиночка, выросла одна, в одной ведь комнате жила, как в карцере небесном. О, - Сибо тронула пальцем носик Каору. – Мама подарит ей член, такую штуковину с помощью которой оплодотворила двоюродная сестра меня. Вырабатывает сперматозоиды которые были бы будь самка прирастившая его – самцом, позволяет самкам иметь детей руг от дружки почти естественным способом, ня. И Марико станет девочкой с членом, не безумство, а? Потом Марико напишет про вампира который очищал души люде когда пил их кровь, о пандемии демонов, там в космосе, в этом жутком и гротескном мире исследующих материальную и цифровую бездну Искусственных Интеллектов. Ей будут звать Сая. Вампир Сая.
-И тоже любит котов. – Заметил мимоходом одеваясь Каору.
-Еще как, она познает все прелести пыток котами, наша Люси в Рей, в твоей сестре, это сладко, когда тебя едят те кто любят? Наверное нужно чуть больше справедливости, пусть все вращается вокруг неё. Нам нужна справедливость. И дети. Много детей и чертовски много бессмысленной и беспощадной Справедливости в их глазах. Как насчет демонов?
-Я подумаю над этим.
-Тогда Луиза, пригласи её! Дальний горизонт печален с тех пор как его грызут гомункулы. Пусть повеселится девочка. И опять же – найдет свою любовь. Пусть в ней живет отныне наша Люси, Рей, Марико, Сая, кто еще?
-Амэ. – Ответил Каору. – Амэ – красиво имя. В нем слышен дождь.
-Скорее лучшее что было в Алисе? Частица света которую подарила другу твоему она?
-О – да.
-Не сокрушайся Доппльгангер Кеншина. Меж вами будет девочка, не та что разделяет, та что свяжет вас.
Каору посмотрел на Сибо так что кровать задымилась. Вспыхнул огонь. Сибо билась, билась...
Отчаянно билась Сибо. Каору усердно причесывался.
Пока она заново приходя в себя пыталась хоть как-то восстановить поврежденные участки бледной кожи альбиноса, Каору уже ушел. Медленно брел он разглядывая звезды и периодически натыкаясь на людей. Потом выкинул в урну массу наворованных из их карманов вещей – клептоманией вампир заразился когда пил кровь Сибо, бывает. Выкинул все. Но ставил что-то старую фотокарточку. На ней была девочка, она смотрела лучезарно так. Карточка была 1951го года. Чья-то мать или позабытая мечта старика. Воздух задрожал вокруг Каору. Когда он снова открыл глаза – вокруг расстилались леса, впереди вилась извилистая тропа, мимо проезжал верхов на вязанке хвороста угрюмый старик.
-Какой сегодня год? – поинтересовался Каору.
-Дурка там. – Показал в сторону города старик и продолжил медленный путь.
-Спасибо. – Поклонился вежливо Каору. В своих сиюминутных диалогах с людьми вообще и со стариками в частности он часто пользовался рандомайзером – случайно генерируемым характером и переменчивой как погода не зависящей от условностей генетического кода гаммой настроений. Старику повело, Каору было скучно.
Едва он дошел до деревни и открыв не запертую никогда дверь – столкнулся лицом к лицу с Сибо и витиеват выругался по-французски.
-Здравствуй. – Встретила его радостная парная от молока и крови надрынкавшаяся Сибо-тян, ввела за руку и показала на девочку со снимка. – А мы тут после баньки печем блины. Знаешь такая русская штуковина. Хорошо идет с медом или медовухой. Только я предпочитая пчел, они вкуснее но люди их самих не ценят. Только пчелиный кал едят.
-Я уверен мухи ценят людей не больше. Как ты умудрилась оказаться тут раньше?
-Ты все забыл. – Сокрушенно покачала головой Сибо. – Меньше стреляйся в голову из своего любимого табельного оружия вермахта.
-Это была берета.
-Уже берета. Как время летит. А ведь когда-то ты падал от удара шпаги и все вокруг рыдали – какой мальчик умер. Нда. Меня волнует вопрос, как нам Луизу связать с Амэ? Потеря смысла бесчисленного числа жизней, не желание возвращаться в свой родной мир. Революция! – Сибо подняла свой тонкий пальчик вверх и блеснула улыбкой которую любой другой назвал бы умирающей, но для апатичной девочки-альбиноса это была высшая ничем не замутненная радость. – Я поняла. Она пойдет за ним, мальчиком своей мечты. Устав от одиночества революций мира который пыталась спасти будет рада служить, просто служить ему – юному революционеру и ни о чем не думать. Так как? Будешь молоко?
-Маленькая грудь. – Ответил ей Каору измеряя сначала пальцами а через взмах ресниц уже клыками размер груди безымянной девочки со снимка. – Ма-лень-кая грудь. На снимке было не разглядеть какая, мА-ленькая...
-Я имела ввиду коровье. И вообще у меня грудь не больше но ты имел и честь и право Сибушку доить.
-Ты не в счет. – Каору развернул к себе спиной девчонку смотревшую вникуда и схватил за шею. Теперь они вдвоем измеряли размер грудей Сибо.
-Не-не-не... – Замахала ручками она.
-Печеньки. – Молвил тут Каору. – Будут? Так что там с Саечкой?
-Мы подарим её Луизе за испуг. Если честно, Сая Отонаси постепенно перестанет быть человеком. Мутации и все такое. Радиация вредна для организма молодых и быстро развивающихся вампирш. Сая но Ута родится на свет из Саи Отонаси. Мир станет та-Аким зеленым что аж жуть, и всё будут счастливы. Слушай, давай я съем её правую грудь, а ты левую. Так как мне больше от неё нужен секс а тебе чувства – так будет вернее, как считаешь?
Крови в безымянной девочке стало чуточку меньше. Эффект бабочки неумолимо нарастал. Пока Сибо настраивала на допотопной грампластинке Нараян, Каору изучал старые фото. Этим фетишем он сами знаете от кого заразился.
-Амэ превращается в Кирику?
-Да. И весьма интересным способом не без помощи твоего драгоценного Кена. Дело в том что только так она может всегда быть вместе с тем кого любит. Поэтому две души становятся в результате своей эволюции одной. – Сибо вырвала фотокарточку из рук Каору. – Ты вообще меня слушаешь?
В матке Сибо стало чуть больше спермы а в безыменной девочке чуть меньше крови. Румянец разлился по щекам Сибо-тян а девочка казалась мертвенно бледной.
-А как же Лэйн? – спросил её Каору.
-А что Лэйн? Вечно вы о моем брате или там... сестре, когда я вам о таких важных вещах. Лэйн как Лэйн. С ним Люси. Между прочим – этот мир я нашла, пока все спускали свои заработанные у Алисы бутылочные крышечки в особняке сестер Скарлет.
В теле не стоявшей уже самостоятельно на ногах девочки стало критически мало крови а из щелки Сибо так и сочилась сперма.
-Хватит уже! – Сибо уперла ручки в бока. – Это между прочим моя уличная магия, ты её просто скопировал.
Намокшие трусики Сибо стали вновь сухими как и её маленькая матка, кровь прилила к лицу безымянной девочки и она сказал «ой», когда та потекла у неё из носа. Алхимик Каору превративший кровь этой девочки в сперму какой на была бы будь эта девочка от рождения мальчиком и наполнивший этим алхимическим семенем матку ведьмы Сибо – обратил результат.
-Вот-вот, не делай так больше... – погрозила Каору Нагисе-тян Сибо Блейм-холик пальчиком и вернулась к приготовлениям. Она прибрала весь домик и застелила пастель.
-Это моему братику. – Сказала она Каору. – Сегодня у нас будет праздник, деревушка далека от невзгод и вроде третья мировая, тьфу ты – вторая в этом мире уже закончилась. Так что давай-давай...
Сибо махала в сторону двери с видом Цундере заправской. Каору внешне – ощутимо обиделся.
-Вообще-то это я нашел этот домик и время, по Аромату сот старой открытки или фотокарточки.
-Кто первый...
Каору исчез. Сибо бросилась хватать посуду в хижине, посыпавшуюся на пол из-за легкого четырехбального толчка сопровождавшего прыжок Каору в неизвестность. К домику в горах подбирался Йоль.
-Вот нельзя уйти не хлопнув дверью. – Молвила она разглядывая приходящую в себя девушку, следы клыков на её шейке и эти няшные косы. – Идем, сегодня ты чуть ен умерла. Мы потанцевали с дьяволом, но никто не расслышал музыку. Мы победили нечистого, ему стало смертельно скучно и он опять ушел. Фух... как хорошо что всюду веселее чем с нами, да?
Но девочка ничерта из всего этого конечно не поняла. Тем более Каору она так и не разглядела толком во сне своем сумбурном.
-«Несущий Люси по Мирам» удалился. – Сказала девочке Сибо-тан. – А мы будем пить чай. Хотя нет, я чай – ты молоко, у тебя малокровие из-за общения с Сатаной. Хотя кто знает, может в следующей раскладе Алисы [DM] карта Дьявола достанется и мне. Хотя я бы предпочла дурака, повешенного или... влюбленных.

***
-И вы никогда, - сказал им страшный-страшный престрашный в этот момент Каору, - не сможете проверить – просто ли я убил ваших детей или все-таки перенес их души в те миры где они счастливы, миры где исполняются их мечты. Сомнения – страшная пытка. Так как, продолжим хамить или начнем думать?

Теги: таро но таби|★_★|истории воспоминаний|май каваюри|человеческий тролль|блюз иной стороны|девочки|аним|места обитания|мари|депрессия

۞Порнатика۝

В этот день своей еще недолгой жизни я открыла для себя порнатику, а дело было так. К другу в гости меня звали давно, но пришла я, разумеется, когда все стало впритык, то есть ему, напрямую потребовалась моя помощь. В школе он бывал не так уж часто, но это было нормально, ведь там и я нем особо светилась. Второй класс это как бы еще первый, но все уже серьезно. И мы этому «серьезно» сопротивлялись, как могли. Дома было чисто и уютно. Я как неприкаянная бродила по комнатам, пока он готовил нам бутерброды. Я спряталась от него в шкафу, но он нашел меня подозрительно быстро. В руке Димки был диск. Разноцветный весь уклеенный наклейками. -Что это? -Братина порно. – Сказал он мне. -Буратино? -Почти. Тоже с носом такое вытворяют, увидишь сама. -Да я знаю, что такое порно, - уверенно заявила я, хотя имела весьма смутное впечатление. Ни братьев, ни сестер у меня не было, а родители этим не увлекались. -А почему братина? -Брата. Видала машинки? Машинки были клёвые, я ему так и сказала, повернулась, и пошла на кухню исследовать холодильник. Видимо Дима Исаев его пожалел и ограбил не до конца. Свой же он, а я никого не жалела! Мы устроились в гостиной, Дима врубил первый диск, и я взялась за первый пример. Но уже через минуту не отрываясь, смотрела на экран. Там было тако-ое! -Вау. -Круто, правда, - спросил Дима? -Ня, ответила я, это было единственное, что может прийти в голову, когда ты по-турецки сидишь на зеленом ковре вся обложенная чипсами колой бутербродами карандашами тетрадками и учебниками, а прямо перед тобой два негра делают что-то странное с молодой японкой. -Что это? -Ты же сказала, что знаешь! Дима праздновал победу. -Что они с ней делают? -Ха-ха! -Эм… -Ты решать будешь? Я вспомнила, зачем я здесь и углубилась в математику, периодически при всплеске эмоций на экране поднимая туда глаза и снова пряча их в учебник. Становилось слегка душновато, рядом хрумкал чипсами Дима. Я иногда крала их у него из пакета, пока он щедро не предложил мне сам. Честный мальчик. -У меня есть еще отцовское порно! Гордо сказа Дима. Вскинутая его голова, маячившая на краю зрения, мешала мне сосредоточиться больше чем стоны с экрана. Примеры плыли перед глазами, было душно. -Открой окно, нет, я сама! Вскочив, я просто вырвала окно рукой, содрав себе локоть. -Ого, - не удержался Димка, увидев, как мя это сделала. Потом искали йод или зеленку. Не нашли. Я спросила – нет ли у него детского крема, мне мама мазала им ранки. Он побежал в комнату к брату и притащил мне целую горсть тюбиков и гелей. -А что такое любрикант? – Спросила я. -Им мажут. – Уверенно заявил Диман. -Понятно. Выдавила. -Это что за сопля? - Сказала я, смотря на кусочек дрожащего на пальце холодца. -Мажь, мажь, - уверенно твердил, улыбаясь, Димка. И я мазала соплей локоть. -Не щиплет? -Неа. Все оки, я готова продолжать. К вечеру у меня голова гудела от вздохов и стонов, и страшно хотелось поскорее убраться отсюда. Но я справилась со всем, что он задолжал по математике в школе. А задолжал он много. Я вежливо спросила: -А отцовское тоже смотреть будем? -Нет, наверное, уже, скоро они вернутся все. И вообще – оно старое тупое и на кассетах. -Слушай Дима, я вот подумала, а математика так похожа на порно! -Да-а? Чем? -Два. Это один плюс один. Три, это один плюс один и плюс один. Если вычитать, когда неполная сумма, получается разность? -Чего? -Я сама не помню что сказала, ладно забудь. Когда я уходила было что-то грустное у него в глазах. В эту ночь мне снился странный сон. Я шла по коридорам школы ночью, но все классы были переполнены, и везде одна математика. Лес рук. Я заходила в кабинеты и на доске в свете проектора видела одно и то же. -Тупые математики. – Сказала я, уходя домой в полночь из этой странной школы. – Я не хрена не понимаю в этой вашей математике. Но я выучу её! И погрозила кулачком ухмыляющейся школе.

Теги: мальчики|школа|математика

Они учили малюток пить пряную вкусняшку... ★_★ Продукт одобрен РПЦ

Seikon no Qwaser II [09 из >12] [JPN/2011] [Uncensored] Им надоели католические монашки, они взялись за православных. Исконно русское Имя ГГ доставляет. Братику вот не понравилось. Сказал, что "скучно и ничего нового". Странно, ведь для парней снимали, или взрослый он у меня уже для такого? В этом сезоне кроме Мадоки вообще нечего смотреть. Одни извращения. Наверняка всех напугал скорый летний закон и они хотят побыстрее пустить самый рискованный "товар", лол. Ниппонцы в самый разгар всемирной борьбы с педофилией по утрам учат маленьких девочек пить мужскую сперму. >_~ Игрушка Лотты! / Lotte no Omocha! [Jap/2011][05 из >12] Лол, но это не хентай, это детское аниме в жанре комедия про девочку суккубуса, которая по природе своей должна всю жизнь питаться сами знаете чем. Причем в манге "отсос живительного семени" ((с) моя подруга) происходит с первых глав, но аниме как бы для детей, да... x_X Одобрено Русской Православной Церковью. А вы как думали? У нас ничего не делается без неё...о_о

Теги: девочки|аниме

Полосатые лучики солнца, что кружат под деревьями летом.

Мы рвали яблоки в саду. Полив включили и углубились дальше. Сад был длинный, метров сто в длину, но в ширину наш участок от силы пятнадцать. Вот такой вот коридор из крон, правда, если отойти от дома шагов двадцать – упрешься уже в непролазную чащу. Дальше сквозь заросли малины, крохотную полянку с цветами можно дойти до чужых «земель». Аня плыла в воздухе, наполненном жужжанием. Её улыбка была теплая как сам летний лучик, я зажмурилась, мне стало так тепло. И вдруг она остановилась и вскрикнула, стала отмахиваться от насекомых, я же стояла и смотрела на её нелепые прыжки и поклоны земле и траве. Она сказала моему недоумению: -А ты знаешь, что в любую минуту тебя может укусить пчела… или оса, - добавила она. Я закивала. -А в глаз? Надо часто моргать, иначе она в глаз укусит. Веко не прокусит, а так ты без глаза останешься. Я кивала. У нас кончился сок, и мы вернулись ко мне в дом. Дом собственно не совсем мой, я тут пока просто живу, вот и все. И Аня – моя одноклассница. Там есть в углу комната, самая прохладная. Там так хорошо, если задвинуть все шторы – и не скажешь, что наступило лето. Так успокоено и нежно лежали мы на кровати. Ничего не хотелось – ни игр, ни книг, ни обратно во двор, ни домой. Ничего и никого. Я взяла своими руками её пальцы, наши кулачки – залоги дружбы, в двух экземплярах, закреплены нотариусом на небесах. Она смеялась и вырывалась, но не по правде, лишь понарошку. -Что ты делаешь? – Она спросила. И снова расцвела в улыбке в полутьме комнаты. Тут было так прохладно, а на дворе такая полуденная жара. -Давай тут полежим? Там слишком жарко. Я провела языком по ресницам и поцеловала её глаз. Она зажмурилась, и все повторилось вновь – я придавливаю её, она пытается выползти из-под меня, но я-то знаю, как нужно сводить при этом ноги. -Ты не поднимешь меня, даже не пытайся. Открой глаз. Не закрывай, сейчас будет приятно. Сказала и провела языком по её глазному яблоку. Она вновь фыркнула и зажмурилась. -Не надо! -Надо. Просто расслабься. Ну, расслабилась? Она повела плечами – мол, делай со мной что хочешь. Я наклонилась и поцеловала глазик, теперь судорога вновь прошла по телу Ани, но она не вырывалась, и смогла подавить в себе желание моргать. Я быстро вздохнула, выдохнула и укусила. Она ногами сминала постель – я ей рот закрыла. Потом успокоилась только вся мокрая, и холодная… дрожала… а я рот ей закрывала и почти не открывая своего в ухо спросила: -Больно? Она заныла. Я руку отпустила и поцеловала её, она проглотила. Аня порывалась вскочить и уйти, но я остановила. Опять кулачки сцепленных пальцев – наша дружба – и она вновь заныла. Хотела туда, на улицу снова, хотела под душ и домой. Но я ей шептала: -Все будет отлично, верь мне. Ведь почти что не больно уже? Она, молча, лежала и тяжело дышала. Я принесла перекись и по края кровь стирала. Вначале было много, но она быстро остановилась. -Вот видишь, как пирсинг, все быстро. Она мотнула головой, и вновь захотела уйти. Я уложила её и, стянув майку, легла рядом, положив на лоб руку с мокрой тряпкой. Мне показалось или она уснула, но я не двигалась, лишь слушала её постепенно успокаивающееся дыхание. Было прохладно, а за окном жужжали пчелы. «Им не достанется на обед твой глазик, Аня! Теперь, никогда, навсегда, он лишь мой, Аня!» В общем – в доме у неё был страшный переполох, когда мы вернулись в тот вечер. Вызывали скорую, воплей было тьма! Меня все допрашивали – как да что, а я все про гигантского шмеля. Они не верили, говорили – выдумала все. Тогда я стала убеждать их, что видела, как он кушал её глазик и все приговаривал – «вкусно, как же вкусно, очень-очень вкусно!» Отец Ани еле сдерживался, чтобы меня не ударить. Аня молчала, лишь изредка плакала. Не хотела в больницу она, а потом даже рассмеялась, мол – «все путем, смотрите на меня, пиратка я!». Но её не поняли, как и меня. Аня как я и думала, была нормальной, её родители, как и подозревала – нет. Меня отвели в комнату, налили чай – это бы ритуал, я поняла и расспросили во всех подробностях - как приключилась с нами такая вот беда, да почему она не сразу в дом пошла, да что же так спокойно мы вошли - мы, что же не понимаем, что дело-то непоправимое! Допрос мягко переходил в истерику и обратно, потом, правда все успокоились – особенно её мать, и поднялись к ней наверх в комнату. Мама у неё хорошая и добрая, она успокаивала дочь, как могла, но Аня уже безмятежно в наушниках читала, челка, скрывая пол-лица, до страниц книги свисала, и мама ей только мешала. От её спокойствия у женщины опять началась истерика. В общем, я только под утро вернулась к себе в мирный деревянный старый дом, где кроме меня никого, лишь изредка соседка приходит проведать и принести продукты. Все-таки даже дружные и любящие семьи суета сует, а значит – зло. А вы как считаете, Хозяйка? Я родилась и начала жить в городе, в котором есть хоспис, психиатрическая больница и детский дом. Полный набор.

Теги: ★_★|блюз иной стороны|девочки

А что вы хотели?

Теги: котэ

Кости у дороги (11)

*** Он наклонился к её лицу. Она сразу проснулась. -Дахни, - её голос был сонный и мягкий как касание пером по голому животу. Улыбнувшись, она попыталась закрыться от него, но все бес толку. -Да, прекрати! Он сел, на ней сверху прижав к постели и заломив руку почти до болевого шока, поцеловал в рот. Девушка задохнулась и дернулась всем телом, пытаясь в агонии вырваться. Но не смогла. Через пять минут он уже чистил зубы, а она мелко вздрагивая, сидела на постели и смотрела в окно. На лице блуждала улыбка, что-то было не так во всем её внешнем виде. Но что именно – вот этого никто бы не смог определить с первого взгляда. Наверное, поза – неправильная, слегка неудобная для нормального человека – руки вывернуты совсем чуть-чуть и как у куклы, лежали на одеяле. Ноги, босые и голые до того места где кожа бедер скрывалась под рваными старыми джинсами усеянными пятнами масляной краски – разведены немного и вывернуты коленями друг к дружке. И растерянное и спокойное в то же время выражение лица, и мягкий взгляд и ровное дыхание… -Дахи? -Чего? – отозвался он, не переставая делать то, что, наверное, уже не один год вышло из моды по всему миру. -Не уходи один на охоту… *** -Знаешь, закройся вместе с ней где-нибудь и… -И что? -Запасись презервативами только. -И кто нас будет кормить? Ты что ли? -Ну, скажем даже я, какое-то время… -Просто если нужно – то нужно, кто разберет, что там будущее славное готовит нам, день грядущий не понять никак. Кто уверен в своем хлебе сущем, тот дурак, значит, мы спускаем на него собак, чтобы мясом запастись и больше не страдать, не думать о грядущем. -Ты сам понял что сказал? -Зачем мне понимать, у меня их целая свора и все голодают. А люди зло, посмотри, - он, повернувшись, обвел широким жестом долину между гор, полную вываленного почти дотла сгоревшего леса, - гляди мой друг, что они сделали с этим миром. К черту мир! Это был дом моей семьи, а значит мой дом. Погляди! Во что он превратился!!! -Изначально, по определению, они Зло, и ничто не изменит этого. Они всегда болтают о добре и чести, а сами даже не знают, что именами этими зовут! Они спустились с горы, дошли до еще зеленеющей поляны и проверили силки. В двух из них бились еще живые кабаны с длинными вытянутыми шеями. Хлесткие удары этих шей по земле и пена из пасти, налитые кровью глаза и изогнутые в обратную сторону клыки. И полная беспомощность в ловушке человека. -Посмотри, они глупы как мы и до конца сражаются. -Разве это глупость? Я бы тоже дрался до конца, мне все равно, что люди говорят, какие фразы доводы приводят. Мне ли судить о проклятом судьбой и мире, отраженье в нем? Все к черту, если впереди враги я думаю о пулях, магазинах и укрытии. Не чтоб бежать, чтобы убить их всех, какая к черту разница кто друг кто враг, все на одно лицо, я не желаю думать. Рвать кусать, как эти кабаны, и все. Локи навалился всем телом на кабана и медленно размеренно всадил ему в сердце клинок ножа. Два раза. Дождавшись конца агонии, он вытер тщательно оружие и достал бутылку полную коньяка. -Ты что, неужто тут собрался? Нам дотемна… -Какая к черту темень. У меня в глаза темно, не стой, присядь. Мы все и к дьяволу и к женам опоздаем, но выпьем тут. Готовь стакан. *** Два дня прошли, и начался ливень. Дни и ночи напролет вода с небес летела вниз, чтобы разбиться тяжелыми каплями о землю. Майя стояла у окна, глядя на вздувшиеся стволы деревьев, её успокаивала эта картина. Стекла заклеенные пропитанной воском бумагой, трещинки как паутинка обозначали места ударов косых градин. Когда с моря дул порывистый ветер, дождь на минуту становился почти горизонтальным, и по стеклу бежали неровные узоры. «Это красиво», думала женщина, «теперь не придется мыть окна и балкон». Их балкон, теперь наверное можно было называть крыльцом, после того как дом просел на два метра. Это было весной, сразу после селя. Тогда вода, бурлящая словно демон, с гор спустившийся несла, словно гигантская ежовая змея все, что могла собрать у себя на спине. Грязный бурный поток и деревья, ветки и целые стволы, бревна несгоревших построек и мертвый скот и диких животных, популяции которых с каждым годом все редели, уступая место новым видам. Её ужасало это и завораживало, она думала о смерти каждый день, но мысли были странные, в них не было страха, только любопытство. Жуткое наверно… Грянул гром, дождь сменялся бурей, градины величиной с голубиное яйцо разбили окно и она, упав, схватилась за лицо. Кровь потоками стекала вниз на недавно вымытый пол. Майя убрала руки и села на намокший ковер, по-турецки скрестив ноги, тишина в доме была полная. Никто из ушедших на охоту и проверку силков и капканов, добытых после кровопролитной вылазки в город, не вернулся еще. Она не хотела идти к зеркалу и смотреть на то, что стало с лицом, останавливать кровь тоже не хотела. Та текла промеж грудей и почему-то сильно щипала на сосках, намокшая майка пристала к телу, стягивала кожу, но это не волновало её сейчас. Даже тот обычный страх остаться одной в гулком чужом доме так и не дождавшись мужчин, куда-то ушел. Воспоминания и странная отчужденность, наверное впервые подумав о смерти боли и одиночестве она не испытывала не только страх, но и тяжесть от этих мыслей. Нет, и смерть не манила её. Просто сейчас ей было интереснее вспоминать. Улетать туда, вместе с чем-то, ушедшим изнутри. И оставаться там как можно дольше. Сладость этого мгновения было всем, а все остальное не имело никакого значения. За окном неистовый шторм обрушил стоявшие поблизости деревья, ветки одного из них пробили окно и даже вырвали несколько досок из стены. Где-то звенела посуда, на кухне катались по кафелю кастрюли. Кот, сидя на столе, смотрел с уставшим и слегка испуганным выражением на окна, где метались почти живые тени. Наверняка над морем сейчас опять висели серые полоски смерчей. Наверняка тем, кто ушел сейчас не сладко. -К черту всех… Впервые её голос показался Майе незнакомым и чужим. ***

Теги: кости у дороги|места обитания

Топь-топи-топ…

Учитель истории был словно каппа. Он пожирал мечты учеников. Классный руководитель никогда не носил часов. Внутри него жил старый крокодил. Мудрый, триста лет проживший, он ничего не знал на третьем своем веку. Старый каппа не хотел новых целей для своей древней жизни, он просто жрал, поглощая мечты целиком. Каждый раз, открывая глаза и смотря только прямо перед собой, он втягивал сквозь ноздри запах молодой мечты. Старый классный руководитель любил с доброй улыбкой на морщинистом, похожем на пергамент лице, расспрашивать своих учеников: куда стремится их душа, чего хотят они от жизни этой, чем будут заниматься, когда от него уйдут. Одна девочка мечтала стать актрисой. Но сломала обе ноги – их раздробил, переехал мотоцикл, старый, с коляской. Часто, бредя в школу в одиночестве, она видела его стоявшим у забора. И вдруг кто-то решил отремонтировать его и прокатиться на нем. Кто-то слишком много пил и мало думал. Мальчик мечтал, на звезды глядя. Хотел на Кавказ он уехать, как закончит школу и вести учет малым телам Солнечной системы, но потерял зрение на стройке, которая была заморожена восемь лет и вновь пришли на которую рабочие в тот самый день, как этот паренек туда с друзьями брел. Старый крокодил ни о чем не мечтал, он просто нюхал и жрал. Каждому свое в этом мире. Желтые глаза смотрели сквозь очки дружелюбно. И да, он неплохо знал историю… позиция в рейтинге BestPersons.ru

Теги: мудрость крокодилов|в память о крокодиле|амэ|комменты

Чиби-Хомура и ацкий Кьюбей в труселях! x_X

Я все про него знала! Рекомендую всем посмотреть Мадоку, классический японский пример эволюции комедии сначала к драме а потом к трагедии с EnE концовкой, то есть мозгонасилующим количеством философии и квантовой механики в конце. Да, еще это ПЛАГИАТ на Евангелион by Хидеки Ано, Ген... ЮРУСАНАЙ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! (ярость, ярость...) Ну ниче... (злобный смех)

Теги: а ген - плагиатор!|юрусанай|хомура|кьюбей|панцу

Закон о запрете новостей на ТВ

-На французских вервях будут строить корабли для ВМФ России. Петр I вертится в гробу… Никогда не стеснялись -И нашему прездику не стыдно улыбаться всем на встречах?

Буран "сгнил" на Тушинском машиностроительном о_О

А я так хотела когда-то полетать на "этом", и братик тоже хотел...

Теги: буран|жаль|космос

★_★ ДЕНЬ ПОБЕДЫ! ★_★

First Squad: The Moment Of Truth / Первый отряд. Момент истины [2009] RUS Производство: Япония Жанр: приключения, история, мистика Тип: короткометражный фильм, 73 мин. Премьера: 13.05.2009 В российском прокате: c 15.10.2009 Режиссёр: Асино Ёсихару Описание:1942 год. Россия — единственная страна, которой удается противостоять нашествию нацистских захватчиков. Параллельно с боевыми действиями между регулярными армиями разворачивается скрытая война двух секретных оккультных служб, двух специальных военных ведомств — немецкого "Аненербе" и русского 6-го отдела военной разведки. На вооружении этих подразделений не танки и самолеты, а законы магии и волшебства. Древнее заклинание позволяет магам "Аненербе" вызвать из царства мертвых дух великого магистра ордена Меча крестоносца барона фон Вольфа, павшего 700 лет назад в ходе Ледового побоища. Начальник советской разведки, генерал Белов, решает подключить к операции по противодействию барона фон Вольфа одного из своих самых одаренных агентов — 14-тилетнюю девочку Надю, которая вызывает из потустороннего мира своих погибших друзей — пионеров-героев, казненных фашистами в самом начале войны…

Теги: ★_★|первый отряд|аниме|9 мая

X_x

Сексуальные домогательства в аниме такие милые-десу >_< Играю в Фоллаут Нью Вегас Презервативы с грифом «Нерв» - это что-то запредельное x_X, у них там в институте даже на [цензура] своя эмблема X_x Я обитаю здесь  -- > http://mariko-26-11.livejournal.com/ Моя вотчинка тута  —-- > http://www.facultetbook.ru/index.php?page=user_main&user_id=5944 И можно еще тут подружиться  - > http://vkontakte.ru/id99014563

Теги: тех марико|фоллаут нью вегас|мари|места обитания|евангелион|ссылки

Кен, Амэ и Старик Таро.

Солнце светило только днем. Оно было мягко-настойчивым и пасторальным как Клиффорд Саймак, оно оставляло на душе ожоги паяльной иглы по деревянной доске. На свету Амэ чувствовала себя деревом. Было приятно. Приятно расти. Амэ дышала. Когда вставала Луна — что-то менялось, даже в ней самой. Даже в мире зеркала, которым была она сама. Стоило вытянуть руку — и в руке окажется Луна. Можно танцевать. Это как магия, только ты в ней одна. Обычно Амэ бежала вперед по верхушкам деревьев. Она никак не могла заставить себя просто идти. Дурак. У неё был кот. Или она — у этого кота. Черный, словно влюбленная ночь. Пушистый — словно она влюблена. И зеленые глаза, словно хотели добра, они напомнили Амэ старую медь. Девочка стояла на кресте, погнутом кресте у дальнего конца кладбища. А кот сидел на старой плите. Зеленые побеги вьюнка и зеленые глаза кота, смеющиеся таким холодным светом, словно сама доброта. Статуя, - подумала Амэ. Нет, она, конечно, знала, что девочка жива, просто ей было так приятно думать, приятно было осознавать, что можно именно сейчас не сопротивляться наваждению. Статуя в полосатых гетрах не покачнулась даже при порыве ветра, отворившем старые ворота со скрипом. Ветер влетел внутрь и стал играть меж могил, несколько раз он перевернулся, словно примериваясь к своему новому месту жития и разогнавшись, врезался в крест, на котором стояла она. Крест скрипнул и выплюнул из себя опилок горсть. Они упали на мраморную плиту с какими-то письменами от людей по людям. Кот смотрел с укором. Статуя, молча села и погладила деревянный крест. Дерево, - подумала Амэ. — Так он деревянный всегда… -Вернулся. — Сказала она. Амэ ушла.
Башня. Когда Амэ поднялась на самый верхний этаж, то нашла комнату. Комната была полна сокровищами. На старинных персидских коврах лежала Дива и насиловала коробочку с кнопками. Амэ приподняла край ковра. Его обглодали мыши. Няша свисала с люстры, она была голодна, во рту — целый ворох дрожащих мышиных хвостиков — Няша съела мышиного короля. Коробочка — удар, рывок — и визг восторга! Няша изумленными кошачьими глазами разглядывала свою сестру, пытаясь понять — что такого в коробочке с кнопками. Экран. Няша не видела ничего, кроме медленно ползущих по нему полос. Амэ посмотрела на счастливую Диву, на недоуменно-голодную Няшу, обвела взглядом их уютно-затерянную во времени келью. -Что ты? Так спросила Диву Амэ. Она вспомнила, как разговаривала Кино и решила, что побудет тут чужеземкой. -Комнату нашла! -Да?.. Амэ запрокинула голову вверх и уткнулась носом в лицо Няши. Капелька сладкой слюни с её губ упала на щеку Амэ. Та быстро сняла пальцем и слизнула. -Комната! Я и не знала, что она в этой башне… В этой странной башне битком набитой сокровищами, пылающая щеками от восторга Дива только, что нашла секретную комнату!.. Амэ присела рядом и пригляделась к экрану, стараясь синхронизировать свои мысли и медленно бегущие строки. Строки складывались в изображения. Они сменяли друг дружку так медленно, что просто жуть. Но Амэ поняла — это новая, а может уже и старая человеческая игра. -Интересная комната? - Амэ потрогала безвольно повисшие мышиные хвостики. Няша не хотела глотать без сестры. -Я упала. Теперь нужно идти уровень заново! - Воскликнула Дива и отстранилась от мира еще на два дня. На не успевшую увернуться Амэ свалилась с люстры голодная и злая Няша. Повешенный. -В этой бесцельности странствий есть какая-то сверхцель, не правда ли? А когда я смотрю на целеустремленные человеческие жизни, мне видится абсолютная бесцельность существования. Словно это не простая и не сложная игра, в которую заведенные самой их природой люди играют, но играют не для себя. Как марионетки в кукольном театре на площади позабытой свободы. Надежда и любовь, привязанность и разочарование, простые и сложные одновременно, всеобщие и уникальные для каждого, эти Чувства как Правила и правила, как чувства руководят людьми, ведут людей, подводят к черте и забирают с собой в небытие. Каждая марионетка думает, что играет для себя, что она своя собственная и ничья больше; правда в своей жизни ищет, кому бы себя подарить, потому, что так заведена мастером. Кто мастер её и для кого она играет в Игру Алисы? Появляется проповедник и говорит людям, что это замысел богов. Ему приходит на смену ученый и говорит, что все так, потому что так, что это эволюция привела людей к существование в своде правил, заставила эти правила любить или ненавидеть, презирать или боготворить, но самый последний человек на Земле, ни разу не задумывавшийся о них, в то же самое время всегда применяет их, всегда ведом ими. Что в них? Зачем ими? Есть правило считать, что правил нет для тебя или вообще. Есть правило на то, чтобы сотворить свои собственные правила из кусочков конструктора внутри себя и считать, что они только свои. Правила на то, чтобы бежать по жизни правил не видя, но бежать за правилом по имени… Выбор? На все чем занимался, занимается и будет заниматься человек, есть правило внутри него. Эти правила общаются между собой, когда общаются люди, передаются между людьми, развиваются и живут в людях. Мир правил и люди, как куклы, носители правил. Носители идей. Носители смыслов, столь важных, что в них не видят правила. Во всем этом человек не видит правила для себя, а видит свободу свою. Почему? Почему меня так пугает правило, заставляющее людей искать смысл в правилах своих? Почему? -Может быть, им просто нравится висеть? Мальчик, которому нравилось висеть. Вниз головой, его подвесили за ногу. В руках. У него что-то было в руках, за секунду до того как он «это» выпустил. За мгновение до того, как нарисован был. На карте из цветной колоды, которую выронила по пути Амэ. Дьявол. -Бог — это просто очень удобный компьютер. — Сказал Кен и добавил. — А дьявол — его вечно скучающий админ. Но подумав с минуту, Кен добавил, что Бог — это, скорее всего, очень удобный квантовый компьютер. А когда ему сказали, что Господь его покарает, он вдруг стал маленькой девочкой и очень грустно сказал, что только карать тот и может, что «каковы люди, таков и их Господь», что «господин всегда был в раба своего» и много еще что сказал бы, но вдруг стал самим собой обычным и, развернувшись, просто ушел…

Теги: таро но таби|амэ|кен

Планетарный СУП.

Челленджер пискнул и спрятался под стол. Размеренно вышагивая, словно по плацу в полной броне перед застывшим и немым классом прошагал желтый человек с гладкой грязно-белой доской без глаз носа и рта вместо лица. -Желтые. -Желтые люди! -Кого-то банят… Шепот. Кто-то спрятался за шкаф. Кто-то полез в шкаф, но запутался в дверце и понял, что уже не успевает… Через минуту с первого этажа школы раздались выстрелы и крики. Но все сразу же смолкло. Было так тихо, что можно даже услышать, как бьется чье-то сердце. Впрочем, желтые и так слышали сердцебиения всех живых существ в этом здании школы с другого конца города. На то они и желтые. Из СУПа. Прошла томительная для Мари минута, потом началось. Все занимались кто чем: от банального вандализма до небанальных бальных танцев голышом на парте. Все это фиксировала мигавшая красным огоньком камера под потолком, в самом углу, заботливо прикрытая учительницей при помощи герани, она, работая в инфракрасном диапазоне, поставляла поисковому роботу СУПа необходимую тому для Работы Маски по Формуле информацию. Два пацана раздели одноклассницу и развели её лапки вдоль краешка парты. Та сопротивлялась ровно столько, сколько нужно, чтобы сошло за изнасилование — девиация лучше стандартного поведения, но только в меру. То есть, если ты идеальный школьник или школьница и просто ненаглядное дитя для родителей рано или поздно тобой заинтересуется робот и может решить, что ты фейк, после чего засуспендит до выяснения. Правда это займет гораздо большее время, но если ты сразу начнешь убивать трахать и жрать все, что движется — в таком случае бан будет скорым. Но разнообразие почему-то считалось поисковым роботом вполне приемлемым для человека нормального поведением. В общем, это было не так-то просто — обмануть машину с ИИ, работавшую на СУП и отчего-то едва ли не круглосуточно пасущуюся в детсадах и школах. Временами банили сразу все учреждение, причем быстро и без разъяснения гадающей общественности причин. Для этого были особые у СУПа бригады со вполне серьезным на то вооружением. Вот одноклассникам Мари и приходилось самовыражаться, чтобы СУП не посчитал "подобных детей" фейками. В таком случае их суспендили: данные отделялись от тел и хранились в "старых и пыльных комнатах", то есть — в архиве. По истечении тридцати дней данные уничтожались окончательно, за этот промежуток времени можно было опротестовать суспенд во избежание окончательного бана, обычно протестовали родители или друзья "подобного ребенка". В таком случае данные доставали из архива, ребенка клонировали, заливали ему в мозг как попало сохраненный архив, и вешали на палец стальную бирку. Ребята из СУПа знали свое дело. Но жаловаться в абуз-тим было невероятно сложно, дело в том, что люди там обитавшие были уже не совсем люди и обитали непонятно где, зачастую решая вопросы, они руководствовались странной нечеловеческой логикой, оставляя на съедение печи явно полноценных и воскрешая из суспенда дефектных. По своему, конечно справедливые, они не делали различия — плохой или хороший это был ребенок, абуз-тим с трудом понимал человеческий язык, его невозможно было уговорить, пронять мольбами или слезами, пронять логикой, факты ему тоже были не интересны, а жаловаться на абуз-тим было некому. Все, что можно было — это отослать жалобу на абуз-тим самому абуз-тиму и ждать три условных дня, после чего судьба твоего внезапно засуспенженного ребенка была решена — или печь или жизнь заново. Временами одних и тех же детей суспендили несколько раз подряд, после третьего или четвертого внезапного и непонятного суспенда, сделать было уже мало что можно, практически это означало печь для данных. Временами все обходилось и без суспенда — тот был вариантом культурного общения, когда ребенка, который не особо выделялся и был такой как все занимался не пойми чем и не хотел ярко самовыражаться отводили в специальную контору, где с него скачивали данные, а тело сжигали в доменной печи высокого давления. Таких детей называли фейками и все родители как огня боялись, чтобы у них подобное завелось, ведь тогда начнут проверять всю семью и могут они сами подпасть под формулу поискового робота СУПа, которого тот приватизировал у Яндекса до его слияния с Гуглом и Евросоюзом. Быть "подобным" - это плохо, так учили с пеленок. Интровертом ты не выживешь, - так говорила Мари её мать. И добавляла, что если никто не видит, что ты уникальна, то ты не уникальна. В голову твою никто залезать не станет, тебя просто сожгут, чтобы не потребляла матблага и не зашумляла СУПу статистику своим существованием. СУП стремился к математической гармонии с учетом человеческой природы, то есть он хотел видеть не серое человечество, а калейдоскоп отдельных ярких личностей живущих рука об руку или хотя бы ствол об заточку, для этого не нужны уже были старые невыполнимые законы, которые позволяли расти биомассе по имени Homo Sapiens максимальным возможными темпами. И СУП упразднил всемирное законодательство, заменив его своим корпоративным сводом правил. Не хочешь? Иди куда хочешь! С сервера СУП. На домене, принадлежавшем СУП все будет так, как того хочет СУП, ну естественно же и логично! Все началось на заре двадцать первого века в маленькой Московской компании. В тот памятный день эта компания решила, потратив все, что есть, купить кусочек сети, в котором обитали какие-то жалкие пятьдесят миллионов живых человек и устроить там свое счастливое отнюдь не будущее — настоящее! Это спустя тридцать лет она, скупив все иные трансконтинентальные корпорации и уже имея власть над миром, тихо приватизирует у еще не завоеванных своей покупной армией государств домен нулевого уровня. Не интернет, а тот, второй, который обычно оставался в тени своего сетевого, живущего полной яркой и красочной виртуальной жизнью собрата. В середине двадцать первого века трансконтинентальная мегакорпорация СУП с оборотом в двадцать шесть квадриллионов пятнистых йен или сто сорок триллионов радужных долларов или два с половиной ТераТиц-PR по кредиту трафика Гугл-Евро-Яндекса совершила покупку, она тихо и без помпы приобрела Материальный План и зарегистрировала его официально как домен нулевого уровня за треть своих акций, которые поделили её конкуренты — Гугл+ и Майкрософт, таким образом осталась одна большая и независимая компания на сервере без границ и правил, но с постоянно прописанными десятью с половиной миллиардами пользователей. Которые и не подозревали, что этот сервер сразу же начнут его зачищать от неуникального контента. Не уникального сугубо по их нечеловеческому, машинному мнению… Поначалу все эти мероприятия сопровождались рекламными кампаниями пряниками-плюшками и велись под эгидой еще тогда стоявшего ООН в рамках программы по борьбе с перенаселением планеты Земля. Потом и этот цирк закрыли, все стали делать быстро и без излишнего пафоса. Для детей все просто: жить ярко, быть уникальными, или, по крайней мере, казаться такими — вот прямой путь избежать суспенда или бана. Правда, иногда банили и таких уникальных, причем тоже — без объяснений. Точнее объяснялись абузы конкретно с отделенными данными, которые лежали уже на носителях, короче все это было не по-людски и скрыто от глаз настолько, насколько это можно. Да и что можешь ты доказать, когда у тебя уже нет тела и ты целиком во власти машины? альбом вечерний "альбом вечерний" Это научная фантастика. Или что-то наподобие. К СУП, купившему ЖЖ и ситуации вокруг 15 млн русскоязычных блоггеров этот текст не имеет никакого отношения. Правда… «тех» с яп. - «это»

Теги: тех фантастика|суп|жж

Шляпа и Игра

альбом вечерний альбом вечерний» «Однажды пришел из города проповедник. Особенным он был. Не обещал ничего хорошего и ничего плохого. Зато он много курил.
И проповедовал он, что мир – Игра. В которую играют Боги. Но наш Бог не хотел играть со всеми, он заперся в себе, на планете по имени Земля и стал играть сам с собой. В четырехмерные «шахматы»…»
-Ложь.
-Почему? – Трубка упала и искры, погаснув обо тьму, ушли под стол каюты.
-Ничего ты не смыслишь в историях! Он никогда не говорил про шахматы, это все ложь! Сам посуди, как можно всю эту бредятину сравнивать со Святой Игрой! Шаховница, а может и Сама Шахетка тебя покарает!
-Я сам себя покараю, причем анально и при тебе, хочешь?!! – Вспылил  кок.
-Не надо мне такого зрелища, изволь. – Подобрав трубку, боцман пошкрябал ей об острые акульи зубы и остался доволен результатом.
-Я победил! – Сказал он. – С тебя два акуленыша!
-Бред все это…
Свет включился внезапно. Амэ погасила фонарик.
«Он забыл сказать, что Игра эта не для нас. Не мы играем в такие четырехмерные игры, а те, кто Выше в измерениях нас. Мы неписи «своего» же мира… что за чепуха? И, однако же, этот бред стал галлюцинировать в умах поколений начала двадцать первого, середины двадцать первого, в те времена это влияние сравнивали с Идеей Христа. Что за глупцы, а?»
-О чем ты снова, шляпа? Эй, кок! Шляпа говорит сама с собой!!!
-Боц-ман, шляпа – это искусство! А искусство не может быть вещью в себе! Что-то ты недоговариваешь, скряга! Бит отдай!
-Да пошел ты!
Так они и переругивались, пока Амэ читала книгу. Потом кок заметил, что девочка не участвует в шляпе и вырвал у неё книгу. Амэ машинально перевернула воздух. Подняла глаза. Спросила:
-Быстрый?
Амэ критически окинула взглядом странный головной убор с неявно присутствующим ИИ. Прошит в ткань?
-Зачем листаешь воздух?
-Книгу отдай. – Амэ вытянула ладошку. Борт танкера качнуло, кок с боцманом переглянулись.
-Трюм?
-Можем ветер? – боцман распрямил свои тонкие, но широкие плечи и оскалился. Они вдвоем разом забыв о качке, повернулись к сидящей на гладком, зеркальном столе Амэ.
-Что такое книга? Эта железка?
-Она не железная.
-Я в курсе. – Кок недовольно поморщился и стал обнюхивать корешок книги. – Зачем она тебе?
-Читаю, - Амэ вынула из кармана сок и стала его пить. Чем привела в недоумение эту парочку. 
Так трудно думать о вас, как о том, во что вы играете. – Подумала Амэ, а вслух произнесла:
-Хотите соку?
Танкер качнуло так, что палуба стала вертикально и Амэ оказалась лежащей на стене.
-Трюм! Это груз!!! – Вопил кок, пытаясь добраться до люка, который был теперь уже на потолке. Через мгновение, гигантский корабль, застонав всей тяжестью старого металла, перевернулся.

Теги: амэ|шляпа|игра

Кен

У Кена весь стол был завален заметками. Обычно это была какая-нибудь статья и короткая ремарка Кена. На самом верху лежал тонкий лист белой чистейшей электронной бумаги. "В ходе долгосрочного эволюционного эксперимента на бактериях E. coli показана способность естественного отбора поддерживать мутации, которые не дают максимального выигрыша "здесь и сейчас", но обеспечивают наилучшие возможности для дальнейшей эволюции…" "Эволюция идет из будущего в прошлое?" - было написано электронным маркером сбоку. Откуда он такую привез? Наверное, тоже из фильма. Они были похожи на тонкую пленку и реагировали на прикосновения пальцев. Аделир быстро разобралась в их интерфейсе, можно было листать новости, правда они блокировали её попытки сделать что-то еще. Аделир умыкнула один листочек к себе домой, Кен вроде не возражал, хотя наверняка заметил. И тогда она, отважившись, спросила. И Кен ответил. Сказал, что снимали фильм, и сделали пару десятков сверхтонких дисплеев. И сказал, что теперь они у него. В доме у Кена было много странных вещей, и их число постоянно увеличивалось чуть ли не в геометрической прогрессии. Никто не знал, откуда он берет их. Практически никто не интересовался, кроме самых близких друзей, это была в своем роде мистика, ведь не невидимые же они, в самом деле!? Оказалось, что в своем роде они все-таки невидимки. Из всех невидимок одна была ну очень большой, но Аделир узнала о её существовании в тот самый день, как Кен объяснил ей причину "автоматического абстрагирования", лежащего в основе подобной невидимости. -Не индексируются. — Сказал он.  -Как это? -А вот так. — Кен перевернул фуражку задом наперед и добавил. — Просто. Забанили их.  -Кого, вещи? -Конечно вещи, впрочем, бывает и людей банят, которые их видят. Каждую вещь кто-либо из людей видел, из зверей на худой конец, а если попадаются вещи, которых не видел не касался и о которых не слышал ни один человек на земле, такие вещи не обладают своеобразным чувственным ID в распределенном сознании… -Распределенном? -Ну да, короче их нет там, в базах… как бы… - Кен взглянул на Аделир. — Это трудно объяснять таким как ты.  В результате Аделир стала считать себя особенной. Впрочем, она и раньше разучилась обижаться. Кен продолжал, таща её за собой. Они пробирались между перевернутый на солнце лодок. Просто считай, что существует в тебе, во мне, в каждом из нас что-то, что автоматически заставляет игнорировать подобные вещи, даже — заметь — если они могут нанести вред или убить. Как правило они смертельны для ограниченного числа особей и опасные встречаются вообще редко и поэтому распределенное в пространстве и — обрати внимание — во времени сознание людей прощает такие вещи и таких созданий за вред причиненный ими. Он ничтожен. Обычно об невидимок убивается не больше ста тысяч человек в год. -Хрена себе… -Ну, согласись мало, рождаются-то миллионы, людей все равно все больше и больше. Это раньше ра… короче эта хрень не могла себе позволить подобную роскошь, цензуру короче, и у людей была интуиция, которая хоть и не показывала им напрямую вещи as is, но предупреждала о них, если те представляли опасность именно для этой особи. -Люди что, совсем слепые котята? -Ну как бы, да… Кен видимо решил, что раз в паре девочка-мальчик при общении ругается девочка, то может ругаться и мальчик, поэтому за минуту в резких выражениях расписал ей как обстоят дела и что можно трогать, а что нет. Аделир задала один простой вопрос: -А с какой стати я их вижу? -Видимо (явно по ошибке… - сказало его лицо) эта распределенная хреновина считает тебя особенной и выделяет тебе чуть больше информации, это как цензура, которая на тебя не распространяется — можно считать и так и эдак и как вообще хочешь, хоть потусторонним миром это считай, хоть муши. -Это — Аделир ткнула в "значок" на плече Кена — не похоже на призрака и на всякое иное мистическое не тянет, скорее на девайс какой-то современный чуть больше, чем слишком. Значок прикрепился к одежде, он был похож на насекомое, состоящее из крохотных кубиков, которые жили своей собственной жизнью, временами слагаясь в узоры, похожие на письмена, только объемные. А еще кубикастое насекомое перебирало лапками, прячась от тени — оно явно искало свет. -Это явно не с Земли. — Добавила Аделир. -Да, похоже ты права. — Кен что-то искал среди лодок. -Ты сам не знаешь, что это такое? -Чтобы использовать мне не нужно знать кто сделал когда и где, чем совершеннее вещь, тем проще ей пользоваться, самое совершенное знает что тебе нужно лучше, чем ты сам, только тогда можно говорить об развитом ремесле производства. "Ремесло производства" показалось Аделир слегка перемасленным недомаслом, но она смолчала, Кен и его странная временами мелькавшая то тут, то там подруга вообще часто произносили слова странно, с иной интонацией или в странных сочетаниях, Аделир не удивилась бы, если наедине они вообще несли невоспринимаемый набор слов. Постепенно привыкая к речи Кена, точнее к её глюкам, она замечала, как начинает перестраиваться — то, что раньше её коробило теперь забавляло и Аделир сама начинала совершать схожие "ошибки", иногда и на диктантах в школе. Как результат — её оценки по русскому стали падать, а по всем другим предметам расти. В чем-то всегда теряешь, - рассудила Аделир.

Теги: аделир|кен

Улыбки от еще живых котов

-Читала Алису? Кот, которого не стало, но осталась жить его улыбка, улыбка без кота. Взгляд, улыбка – это тоже часть тебя, твоей внешности, но это не трехмерный ты, а четырехмерный. Вот, - мальчик грохнул по столу книжкой. На ней было написано «Эгоистический ген». 

-Но смотри, - воскликнул он, - при падении в черную дыру время раскладывается во все прочие измерения! И улыбка от кота, летящая в черную дыру раскладывается в самого кота, вот только какого? Такого, какой он был или такого, каким хотел он быть?!
-Что вы так бурно обсуждаете на уроке? – С укором молвила учительница и Кен скорее объяснил ей правила улыбок от котов. Правда, это не произвело на учительницу какого-либо впечатления, за исключением еще усилившегося легкого раздражения, поминутно сводившего кожу на её лоб в морщины. Когда слишком много кожи уползало вверх, начинал приоткрываться рот учительницы, обнажая старые кривые желтые клыки. Интересно, она репетирует перед зеркалом, чтобы этого не было или её так устраивает?
А может, она просто не знает?
Улыбки от котов раскладываются в самих котов?
Всю ночь Аделир снилась черная дыра, она почему-то выросла на том месте, где у неё было когда-то сердце. И туда по невозможной спирали летели одна за другой улыбки от всех её знакомых уличных котов, а вырастали грибы, грибы миров.
Дарственных миров… На каждом была заколка в форме хребта от мертвой рыбки и записка  на кошачьем языке.
Все эти улыбки от еще живых котов.
Улыбка от кота и зонтик


Вам бы Ваша Стампидо…

-Знаешь, - сказала я ей, - ведь есть и аудио книги. -Аудио книги — ересь. — Ответила она мне, не оборачиваясь. -Тогда… ты меня простишь ладно? -Как, чтобы моя лучшая подруга?! - Впервые так сильно удивилась Астра и развернулась ко мне. Я, правда, испугалась! -Стой инквизиция, не карай инквизиция! - Обе лапки кверху и смеюсь. -Не может быть, чтобы ты?! - Вопрошали меня теперь розовые, а вчера оранжевые глаза Астры. -Стой Инквизитор, сжалься, прости! -К еретикам у нас нет прощения! - Безжалостно и невероятно высокомерно принесла мне приговор она, холодно, как будто жидким азотом облили меня всю. Я закрылась от неё руками в паническом ужасе. Эти три секунды растянулись на целые три вечности. А потом я почувствовала, как крохотная ладошка Астры ребром стукнула меня по лбу. -Мама! Я упала, дергаясь в конвульсиях. -То-то же. - Ответила самодовольно Астра и углубилась в чтение. Этой фразе она точно научилась у меня. Значит, и я могу чему-то обучить Астру? Вот класс!
 
-Астра! -Что? Чего? - Спросила она недоуменно, глядя на меня широко распахнутыми доверчивыми глазами. -Про "так"… -Про что? -Ты спрашивала меня во сне, помнишь? Она покачала головой. Задумалась вся такая. -Так вот слушай, я говорю "так", значит действительно произносится именно Так, как я сама не знаю, но тот факт, что так — неоспорим. То есть кто-то не просто говорит, а делает это Так, ты поняла? -Нет. -То есть мне плевать, что именно он сейчас говорит да и всем плевать что и кто говорит, главное, что он делает это именно Так! А вообще это калька с японского, там по-иному прямая речь строится. -Я знаю. Почему ты мне это говоришь? -Забей уже.
  Курю
Я прицепила справку из психдиспансера (о том, что я вменяема вполне и могу носить оружие при себе) к груди. Я все думала — а не подписать ли мне внизу: "Заверено белочкой!" Но погодя чуть-чуть передумала, однако. И так сойдет! Гы.
 Курт Ко... 
-Давайте уже девочки пожмите друг дружке лапки и успокойтесь. Ну, как в детстве! -Во взрослой жизни так не делается. — Грустно сказала персона номер один. Персона номер два смотрела себе под ноги. -Вот потому-то взрослые и самые несчастные существа на свете. Мне как всегда послышалось "вещества".
 Гайку бы 
-В чем суть социального конфликта? - Спросил за меня Джа-нэ. -Арису опять с кем-то поругалась в интернете. Опять кому-то нахамила и кого-то подставила. -Если человеку дать самое понятное и близкое объяснение своих мотиваций, просто подсунуть его под нос, то выросший на детективах и сериале SCI, он и не увидит всех остальных. -Чем тебе не по нраву CSI? - Спросила я, заткнув Джа-нэ рот рукой. -Чем не по нраву врачу сериал "Скорая Помощь"? Всем! Все кажется натуральным в кино, пока не доходишь до того, с чем лично сталкивалась в жизни. Ты знаешь, что за преступление Чикатило расстреляли невиновного? А все улики указывали на него, после этого у нас ввели мораторий на паровозик. -У нас и не было никогда пара-равозика. У нас всегда ра-расстреливали. Я что-то опять начинала мерзнуть. И тут Арису стала всем объяснять свою позицию: -Я как увидела её "опять мне вы по аватарам диагноз ставите…", так поняла — девочку нужно спасать, самооценка у неё ниже плинтуса! И вот благодаря стольким усилиям, я, наконец, достигла цели — у человека появился "враг", с которым она может "бороться", как результат — вновь проснулось желание творить, злость придает сил противостоять этому засранному миру. Это как прививка — ты подвергаешь организм контролируемому заражению, чтобы он не сдох позже при неконтролируемом. -И это ты называешь помощь? До слез человека доводить? -Эм, да я и не доводила вроде. Мне её так жалко стало, захотелось обнять и приласкать. Но как я её обниму и по голове поглажу через интернет? Зато она научилась общаться с людьми как с равными или даже смотреть на всех свысока! Это очень полезный и логичный перк в то время как чумные свиньи бороздят госдуму! Она по-прежнему способна на любовь, но уже не тратит время на жалких серых обывателей! Со мной однажды так поступили, и я прозрела — теперь дарю счастья всем вокруг и открываю глаза им, это как дедовщина в армии! Арису странная, не сказала бы, что плохая, но иногда мне её хочется прибить. Ведь веришь же её этому "приласкать", когда вживую перед собой видишь. Веришь, несмотря ни на что. -Можно сказать это идея Азимова в управлении обществом примененная к одному конкретному человеку… - начал было Джа-нэ из моего живота, но я дала туда кулачком и он заткнулся. — Серия контролируемых катастроф, бедствий, катаклизмов, терактов на худой конец, приносящая с виду вред на самом деле, в конечном счете, оказывается не менее полезной для всего Человечества, чем крепкий подзатыльник умной мамаши. Арису использует в общении с людьми те же методы, только перенесенные на личный план… - Я молча дослушала, что мне скажет левая пятка, после чего дала ей по паркету. -В гробу я видала умных мамаш, знающих все наперед своего ребенка. — Вылезла Астра, и я сразу испугалась за всех мамаш мира, ведь они все — такие умные и так все знают наперед! -Еще один недогерой Сэлинджера. Или хулиган, по-вашему. — Подумала я вслух. — Еще один сетевой тролль-террорист. Какая разница во благо или во зло — её просили? -Вообще-то известный проповедник терроризма Усама Бен-Ладан придерживался схожего мнения по управлению обществом. Наверняка он почерпнул свои идеи из "Основания" Айзека Азимова! -То есть Арису просто эмоциональная террористка? -Многие сейчас занимаются подобным терроризмом неосознанно, это общество пытается снять себе стресс. Протестуя в столь вопиющей форме, эти люди на самом деле занимаются благим делом, но общество не хочет себе признаваться в этом и поэтому сурово их наказывает. Это как смущение от удовольствия во время секса. -Ты про террористов? Джа-нэ, это тебе они снимают стресс обществу? -Они ведут общество вперед наиболее легкими и доступными малой группе людей средствами — терактами и угрозой насилия. Как иначе повлиять на все стадо овец как не залаять собаке пастуха? Я уверяю тебя — вреда от этого обществу не больше, хоть и гибнут ни в чем неповинные люди. Возможно, именно они, создав новую угрозу, увели мир в свое время от третьей мировой войны — псы спасают людское стадо от волков, но бедные овцы, так ненавидя хозяйских псов, они не ведают волков, пока не попадут к ним в желудок. То есть благодарности тут не будет и не должно быть, псы занимаются этим самоотверженно и не надеясь на славу или хотя бы понимание со стороны опекаемых. Я же говорил не о них, а о сетевых террористах — хакерах и троллях. Вообще хакерами принято среди "своих" называть людей, для которых информация и доступ к ней — неотторжимое право любого человека и которые нарушат любой закон ради своего любопытства, то есть это не вандалы и не те, что ищут материальных благ. Коперник был в свое время хакером с точки зрения церкви, и он пострадал за стремление к знаниям. Но если уж говорить о людях, говорить надо на их языке, а значения слов меняются слишком быстро. Поэтому теперь хакер — это преступник, поблагодарим за это СМИ и американские фильмы. Есть разные виды хакеров — обычные и хакеры жизни, взламывающие её саму и делающие её легче не только себе, но и другим, на своем примере; хакеры снов, ломающие сны и помогающие себе и другим — они короли осознанных сновидения и некоторые могут проникать даже в чужие сны; генные хакеры, ломающие на чердаках и в подвалах геном человека, проводящие исследования и ставящие опыты вопреки всем законам общества, в основном это молодые люди. Тролли — это хакеры социальные, хакеры общества, не его связей, а его стиля общения, в основном они занимаются этим неосознанно, делая легче себе — делают легче другим, но есть и осознанно выбравшие подобный стиль и способ воздействия на человека. Наверняка истоки лежат в творчестве Сэлинджера по аналогии с Азимовым и Хэрбертом у террористов. -Ребята у вас всех эйдетический парапсихоз! То есть вы видите как бы то, чего уже нет, но вы его видели и лишь потому, что как бы и, наверное, когда-то, но скорее всего как-то, чем никак, Вам фештин? -Это у тебя крыша машет крылышками, а люди тут реальные нормальные темы зашибают, а ты со своей белочкой уже достала всех! -Белочки существуют! - Ответила я. - А террористы — нет, это выдумки газетных уток, кря-кря!? -Кря-кря, пока тебя не взорвали. -Я вам её докажу! То есть покажу, хотела сказать, доказывать тут нечего.
 Все как у людей
Рудгер работал на свиноферме и неплохо так работал: жена, двое детей и целых три любовницы. Он любя показывал нам своих хрюшек. -А что эта в наморднике? - Спросила я. - Кусается? -Да бешеная она, док так сказал, а по мне — вполне нормальная хрюкалка, мы её потом аккуратненько забьем и сами схрумкаем и друзьям пошлем. Нормальная она, видите же! Хотите потрогать?! Не хотите? Жаль… И он еще долго крутил перед нами нормальную вполне себе свинью. На ней был надет намордник с изображением бультерьера. Мне показалось или у неё были запредельно грустные глаза. -А что эта в медицинском наморднике? -А эта, ну она гриппует штоле. Томление у неё такое, знаете ли.  Еще одна хрюкалка с грустным взглядом. В общем, в депрессию меня вогнала ваша свиноферма "экзотик"!

Теги: джа-нэ|экзистенция|сайори|птаха|депрессия

Блюз иной стороны. Амэ-тян.


Амэ и четыре листочка со старого дуба.
Под деревом зияла дыра. Амэ обошла её кругом, когда возвращалась домой. В ту ночь случилась буря. Дерево, нависавшее столетия над домом раскололо пополам молнией, и оно упал на левое крыло.
Лиля не вернулась домой. Ни в эту ночь, ни в другую.
-Мир дерева так стар, - сказала себе под нос Амэ, ощупывая то место, куда упал с неба заряд электричества. – Мир человека слишком молод.
Амэ перетянула живот клетчатой рубашкой Лили и, взяв сумку с винтовкой, отправилась к мосту, рядом с которым росло дерево. Дерево с дырой.
Когда Амэ пришла туда, то поняла – Лиля не вернулась бы и на следующий день, и к концу недели – никто не постучал бы в окно, никто не спросил бы новых батареек к «этой желтой в синей изоленте штуковине».
Амэ не любила ночами путешествовать в город, пусть и за батарейками, но сейчас бы с радостью туда отправилась. А может даже – прихватила с собой эту странную, слишком взрослую и такую критически настроенную, вместе с её штуковиной. Желтой и с синей изолентой, которая жрала батарейки и позволяла в себя играть.
Амэ стола по пояс в траве, сведя носки вовнутрь и наклонив голову вбок.
Дыра исчезла. Амэ обошла дерево кругом и медленно поднялась на мост, прислушиваясь к траве. Была тишина, девочка всей кожей ощущала её. С непривычки странно любому чувствовать абсолютную тишину, но не Амэ. Она уселась на краю самого большого камня четыре сотни лет назад пущенного на этот мост, мост, пересекавший больше не существующую реку. Во рту у Амэ была травинка. Высоко в небе жгло землю солнце. Одинокий луч дрожал в застывшей траве. Ветра не было, но не становилось душно. В траве есть жизнь, но она не издает звуков.
Амэ сложилась пополам и, ухватившись цепкими пальцами за край моста, повисла вниз головой. То место, где была дыра. Центр тишины этого поля. Когда-то тут текла река. Но река исчезла.
Волосы закрывали Амэ глаза. В голове шумели голоса. Вот Лиля срывает цветок, чтобы украсить им себя, вот вдалеке медленно едет странный агрегат – какой-то умелец переделал трактор на джип: из метровой трубы валит дым, огромные колеса бегут по волнистой долине, усеянной лугами с вздувшимися холмами, столетия назад срубленными лесами и исчезнувшими навсегда реками. Куда? Никто не знает. Но одно известно точно – вода есть, там, в глубине, текут подземные реки, и холмы иногда проваливаясь внутрь, открывают такое…
Лиль любила ходить к мосту. Где можно встретить Лиль? Под мостом! Она меняла мосты, но не положение своих ног относительно солнца. И во рту всегда – травинка. Так она сходила у людей за свою. Амэ не знала, откуда та притащила эту желтую штуковину.
-Мальчик подарил! – Воскликнула радостно Лиля и вдруг, став снова серьезно-обиженной, посмотрела недоверчиво на Амэ. Так смотрят на лжеца. Лиль. Ты сама солгала. Такого просто не могло случиться, если только…
-Они едят нас. – Предупредила Амэ её год назад. – В своих снах. – Добавила она, спустя год. Солнце. Такое жаркое. Стоило протянуть руки. Амэ любила смотреть на звезду людей, вытянув вперед рук и растопырив пальцы. Так она жгла терпимо, и в то же время – было приятно.
Год это много. Среди людей. Запах. Тут был этот запах.

Лиля взобралась на холм и, потянув носиком, поняла, что скоро будет гроза. Сплюнула изжеванную травинку. В этот день что-то было не так. Её трясло, как от озноба. Только так тепло вокруг! В глазах темнело часто, но видела она хорошо. В животе не урчало – его сводило и. Совсем не там, где желудок.
Она не хотела подавать вида, что с ней что-то не так, ведь был день игры. Ведь она выбралась!
Следом за Лилей на холм, покрытый кустарником, взобрался запыхавшийся Вадик. Мальчик притащил огромную сумку еды, он думал – они идут на пикник. Вадим носил сумку за плечами. Лиля видела такие в городе и временами – тут, у приехавших из города людей. Полуобернувшись, Лиль смерила пацана взглядом – таким, что у него перехватило дыхание и, замахав в воздухе руками, он улетел обратно вниз с холма – перевесила его еда.
Через десять минут он весь красный как рак. И принялся раскладывать на земле еду. Лиля смотрела с полминуты на все эти приготовления, оттопырив пальцем губу – струйка сладкой слюни стекала по подбородку. Проглотив голодный комок, она, не вытерпев, облизнулась и прыгнула на него.
Он издавал странные звуки, этот городской мальчишка. Интересно, там много таких? Почему он так странно сопротивляется? Отчего так пахнет? Вот это у него что? Есть ли предел приливу крови? Где он дышит, неужели – в животе? Такой маленький! Ого! Вот это вымахал! Так быстро увеличивается. Бывает же такое…
Вадим лежал, разглядывая небо. Его уронили навзничь – рядом, раскинув руки, лежала Лиля. Она только что в кровь изгрызла ему ухо.
В траве прошмыгнула кошка. Вскочив и метнувшись вдогонку, Лиля не рассчитала сил и когда встала в полный рост в траве – кошка была мертва.
-Э-эй! – Позвал её голос из травы. Казалось он доносится с того света. – Я сплю?
Прошелестев по траве босыми ногами, Лиля легла рядом с мальчиком, её когти по-прежнему сжимали в руках местного кота.
Вадим разглядывал её губы. «Чума-азая ты…», было написано на его сонном лице. Ему явно не хотелось вставать и прогонять наваждение. Перевернувшись на живот, Лиля легла на Вадима и поцеловала его в рот. Сначала он не давался, но потом передумал.
-Боже, что за гадость. – Сказал он, сплевывая через минуту кровь. Помаленьку он приходил в себя. И при всей своей смекалке, Лиля не знала, что будет, когда он окончательно очнется.
Может – вскочит и убежит. Правда, раньше от неё бегали исключительно девочки. Раньше она бегала исключительно за девочками. Раньше вообще они с Амэ гуляли исключительно ночью.
Вадим совершил нечто странно. И теперь неслась по траве от него Лиль. Все дальше и дальше, по холмам и перепрыгивая овраги, она обогнала летевший в ту же сторону серебристой стальной иглой вдалеке поезд и (как учила Амэ) ушла в перпендикулярный вектору её бега овраг, так, чтобы только её не видели пассажиры.
Их там так много, - думала, петляя по запутанному оврагу Лиль, - а я тут одна, всего лишь одна.
Она выбралась из оврага там, где начинались поля, за которыми текла последняя река, и начинались высохшие с виду, но все еще плодородные земли. Там был лесок и снова овраг, и два села, жавшиеся друг к дружке, левее начиналась тропинка и дальше – кустарник – и чужие холмы, просто холмы, уже родные холмы и родные мосты.
Он укусил меня. – Размышляла Лиль, идя по тропинке к мосту. Обезьяны едят все, - вспомнила Лиля слова Амэ, - даже других хищников; когда-то они хотели разума и ели, теперь хотят силы и едят, все, что умеет их мир – пожирать другие миры, всеядные.
Она остановилась отдышаться в тени под старым дубом. На плечо девочки упал пожелтевший в разгар лета листок. Лиля взяла его двумя пальцами, и сладостно закрыв глаза, понюхала. Земля уходила у неё из-под ног, девочка падала в океан зеленой травы, в которой утопали корнями деревья, по которому бежали во времени волны холмов и оврагов, слишком медленно, чтобы заметить человеку, но ведь…
Открылась дыра в тени, оттуда показалась зеленая мохнатая лапа.
-Тролль! – Вырвалось у Лиль, и в ту же секунду, как их глаза встретились, она вспомнила наказ более опытной Амэ. – Мне нельзя смотреть… - Обреченно подумала Лиль, наклонила голову, из глаз брызнули слезы. Страха и наслаждения. Во рту образовался шарик слишком сладкой слюни, чтобы можно было сдерживаться. Девочка открыла рот и кинулась под мост. Зеленые глаза слегка дрожали, фосфоресцирую в тени, тролль боялся света, как и любой из порождений человеческий фантазий, он скрывался только от своих творцов, людей.
Тролль поймал её с лету. Схватил Лилю за руки. Резко выгнув их, сломал в локтях. Хрустнули кости – девочка закричала, она билась, не вырваться стремясь, а лишь приспособиться к этому хотела. К тому, что сейчас случится. Прижав её к земле, тролль оказался сверху.
Меня поймал тролль. – Со странным волнением думала она, хоть и знала, что произойдет через мгновение.
Он был небольшой, весь зеленый, как тина. Он жил под землей, питаясь водой и тем, что она несла из городов.
Сельский тролль. Тролль овладел ей, и они стали единым в тени под мостом.
Хрустнули кости бедер, треснул таз, в голову летела яркая боль.
Хватит, хватит, хватит… - твердили её мысли. А тело сказало: еще!
Тролль облизнулся языком, полным розовых комочков слизи и засунул его в рот Лили. Глаза девочки открылись и больше не сомкнулись, в них застыла тень. Тень под мостом и два тела – не увидеть снаружи. Тишина – ни звука. Над ними сияло солнце, где-то тарахтел трактор, под мостом Лилю ел человеческий тролль.
Прошла слишком длинная для неё минута и тролль оторвался от своей добычи, вынул из девочки вялый хоботок с головкой, усеянной тупыми шипами. На траву капало семя, оно текло по бедрам, смешиваясь с кровью. Тролль принюхался. Схватил за бедра и обнюхал сочащуюся щель, снова облизнувшись, засунул туда язык и стал подъедать. Самого себя.
Самоедство? – Подумала Лиль. Сопротивляться троллю нельзя, если ты не человек, а человеку тролль не покажется. Он в него не поверит. Так и лежала она, лицом на мокрой тенистой земле, чувствуя, как в животе работает тяжелый язык тролля. Она выпил себя и съел часть неё. Он начал с лопнувшей вагины, прогрызая тупыми человеческими зубами путь в её живот. Он хрюкал, хлюпал её сочным мясом с соками и прерывисто сопел. Девочка дышала, чувствуя, как увядают цветы у тролличьих ног.
Тролль никак не мог насытиться.
Ненасытные вы, - прошептала в царящей кругом пустоте она, но не услышала саму себя. Нет голоса у неё – её доедает тут тролль. – Скорее, съешь уже меня до конца и залезь обратно в дыру старого сапога!
Вонзив в спину когти, тролль схватил позвоночник и рванул его.
Мама, - сказала самой себе мысленно Лиль. И умерла.
Тролль вытянул лапы и впился зубами в окровавленные позвонки. Зубы тролля скользили, ударяясь о костяшки, сначала в одну сторону, потом в другую. Прошли часы – к горизонту ушло солнце. В безмолвной тишине под мостом на позвонках мертвой девочки играл человеческий тролль.
Он был сыт.
Бросив позвоночник в сторону, тролль зевнул. Ворча что-то неразборчивое, он полез к себе в нору. Она сужалась – уходила из-под моста тень. Когда лучи заходящего солнца коснулись травы под мостом, там лежали окровавленные кости.

Под старым мостом сильно пахло трольчатиной. Все было забрызгано кровью. Черепа не было, его не оставит никто, но были кости. Их и не видать под прямыми солнечными лучами, но стоит упасть тени – и вот они. И кровь. Амэ слышала, как двигаются черви. Все хотят сюда, скорее же, скорее, только сюда. Они тоже любят кровь таких, какой была Лиля.
Тут очень быстро росла теперь трава.
Дыра исчезла. Но она появится снова. Когда-то тут проходил человек в сапогах с высокими ботфортами и угодил ногой в блуждающую тень. Кому-то снился кошмар – а кто-то троллем стал. И живет теперь в норе, что под мостом открывается в тени, когда вокруг нет никого из людей, и оттуда появляется мохнатый монстр. Человеческий монстр. Он делает то, что ему позволяют люди, чего хотят от него люди, но стыдятся сделать сами. Порождение желания бездны, сковавшей сердца миллионов. Ночью, когда все улетают в сон, оттуда приходит нечто, и оно отрыгивает подобные фантазмы.
Амэ согнула позвоночник. Он оказался удивительно хрупким в её руках и с треском сломался. Амэ уселась спиной к стене камней, голой поясницей чувствуя ночь, даже днем, сейчас, по холодным камням можно было почувствовать грядущую ночь. Вот она в тысяче километров отсюда зажгла огни еще одного города. Люди ложатся спать, чтобы сотворить новых чудовищ. Которые сделают все за них. То, что они хотят, что им так нужно, просто необходимо получить. Когда-то – разум. Чтобы мечтать и творить. Теперь – возможность получать не творя, иметь не положенное, воплощать свои мечты в обход всех правил и законов бытия. И как всегда – за счет других. Раньше был этот мир, мир людей. Он оказался им мал. Теперь они хотят большего. Люди этого мира сожрали уже почти всех вампиров, Амэ хотела найти в этой солнечной стране место, где не бывает тени – и не находила.

Амэ поднялась и развязала на животе узлом стянутую рубашку Лиль. В клетку – шаховницы были её любимыми узорами.

Теги: амэ-тян|блюз иной стороны|человеческий тролль|тех марико|амэ|тролль|лиля|гуро|девочки

Сегодня я усну...

5 сантиметров в секунду
Тихий Дом.

Она устала от суеты и праздности мира и поселилась в этом заброшенном доме. Её родители ходили иногда к ней и приносили еду. Иногда приходили и другие «связанные» люди, но никто, выйдя за порог, не помнил, что происходило в этом доме. Все вокруг окуталось паутиной, кокон был готов. Для гусеницы, возжелавшей ничего.
Родители ходили в школу и брали задание, шли домой и сами его делали, шли в школу относили и улыбались. Те, кто там проверял, спокойно к этому относились. И тоже улыбались. Так они понимали друг друга. Тонкие нити паутинки доходили и туда. Иногда они звенели. Полу бабочка понимала – кто-то рвется из опутавшей полгорода паутины грез и хочет понять – что же вокруг него не так?
Но все было так, так, как ей было нужно.
Тихий покой тертых вещей. Тертые – это вещи, у которых есть своя история. Их поверхность напоминает книгу, только многие люди не умеют её читать. А она умела. Она жила в живой, природной библиотеке прошлых людских судеб. Впрочем, не только людских.
Это история о девочке, которая жила в Тихом Доме на улице, выходившей в Старый Сад. Что она там делала? Наверное, это слишком сложно будет вам объяснить, но я все же попробую, она – жила.

Метабаги

38D36CBC7C531208BCD091DB48C651F1 — мой метатег.
Только он не работает о_О

Люси уже идет за создателями…
позиция в рейтинге BestPersons.ru < - этого!

Теги: [цензура]

Игра Алисы

Скарлет Фландрэ
«Что такое Страруда?», - Алиса Кэрролл, Дверь Снов.
«Нечто, возможно созданное Атлантами, возможно существовавшее до них, но это с нашей планеты это точно! Нечто, растущее сквозь миры. То, по следу чего летели сквозь бездну Они. Зачем мы здесь? Быть может это случайность. Но я знаю, что случайность – удел слепых. Потому что все, что с нами происходит, имеет значение лишь для нас самих, а значит – только мы способны увидеть в этом смысл, только для нас, только с нами…», - Мир Великой Равнины.
«Альтернатива должна быть всегда, иначе невозможна жизнь...», - Кирика.
«Альтернатива для Бога и для Дьявола тоже; альтернатива для всего, что может быть – лишь то, чего быть не может; возможно, величайшее из созданного человеком. Нечто абсолютно уникальное, чего не было в прошлых сингулярностях…», - Истории Чудовищ.
«Страруда, проросшая сквозь миры. Вирус вампиризма, больше похожий на грибницу по мнению одних; система, которой не должно существовать по мнению других. Для кого-то Надежда, для другого Расплата. Для всех принявших – Потеря, того, что с точки зрения всех мировых религий самое ценное – Души. Ты перестаешь принадлежать Человечеству, твоя душа больше не часть Системы Бога, реинкарнация – не для тебя, ты теперь часть Библиотеки Магов, навсегда, жуткая судьба, но для кого-то лучшая…», - Шабаш.
«Я думаю, это Глупость…», - Аня с ежиками, Мир Великой Равнины.
«Это очень нужно тем, кто устал от всего этого и абсолютно недоступно остальным, я думаю слишком рано…», - Шабаш.
«Это всего лишь сон, но мне кажется и впрямь весь мир захлебывается в дерьме…», - Экзистенция.
«На самом деле очень весело!», - Ваш Капитан Очевидность, - «Но и грустно временами…»
«Я чувствую память вещей, потому что я часть Системы, с любой вещью соприкасался хоть один человек, каждый человек спал хоть раз в жизни, значит все вещи мира мне знакомы; став частью Страруды, что за историю вещи прочту я? Это два мира или один?», - Хизер, Старая Карта.
«Редактор для заядлого читера, пустой звук для игрока, звучит странно, да?..», - Нелу, Истории Чудовищ.
«Я боюсь её, эту девочку по ту сторону грез…», - Дверь Снов.
«Я тоже…», - Ведьма Юки, Записки Ведьмы.
«Больше нет…», - Юки, Гильдия, - «Страруда и впрямь растет сквозь миры, тут так красиво и спокойно! Всегда любила Forgotten Realms!»
«Вы пока летаете, я книгу напишу, я же не много места на борту занимаю? Вот только странно все это, в смысле – смотреть отсюда на Землю, я чувствую, что становлюсь чужой самой себе, слишком быстро меняюсь, интересно, Лунную программу закрыли по этой причине?», - Лесли, Софиона.
«Я не люблю заумную фантастику! Лесли, лучше приведи в порядок свой блог, нас земля читает! Пока ты груз на борту Софионы, приноси пользу!», - Леви, Софиона.
«У меня была сестра, но она не была человеком, это мило…», - Марико, Долина Ветров.
«Ад внутри каждого из нас. Когда-то я так считала, и теперь так же думаю. Но есть одно различие: теперь я точно знаю, что все мы соединены…», - Чьи-то Дети.
«Это путешествие ребенка к Источнику сквозь сны всего мира, но это лишь одна из историй, рассказанных мне теми детьми, что целый день однажды летом ездили по кольцевой. Они охраняли спящую девочку, никому не давали до неё дотронуться. Чтобы только не разбудить…», - Чьи-то Дети.
«Сила – не есть, что-то статическое в этом мире, да и в любом. Сила рождается, когда приходит Желание. Обычно слабых людей смущает наличие стольких необъяснимых сил во Вселенной, которую они знаю, поэтому считают, что от их желания мало что зависит и пытаются, точнее, путаются теперь уже в науке. Они порождают инструмент за инструментом, чтобы обуздать все эти силы, не понимая, что узнавая мир, они, будучи просто одной из его систем, обучаются ему, приспосабливаются к нему и становятся его, мира, узниками, боясь понять, чтобы не сойти с ума от безграничности своих возможностей. Просто они не знают Бога, что создал этот мир, не знают чем он жил, о чем думал, куда стремился, шел, мечтал; и почему так вышло, что однажды… сингулярность он зажег еще одну и растворился в мире, породив так много сил – гравитацию – единственным желанием сердца…», - Чьи-то Дети.
«Твой страх и неверие в свою удачу – единственное, что сможет тебя когда-нибудь ограничить… помимо других людей, не бывает обстоятельств, есть миры других людей, граничащие с твоим, так уж вышло, что мы одного вида, двойная спираль системы у нас «в крови», это делает нас похожими настолько, что, даже оставшись в полном одиночестве, ты будешь чувствовать Его – Коллективное Начало… оно дремлет, пока, оно как ребенок, который пока не очнулся от грез…», - Истории Чудовищ.
«Вы превратите в пыль их клан, если сомневаетесь – лучше сразу уходите – сомнение это нечто из мира людей… Вам будут противостоять маги, я давно наблюдаю за вами и понял, что вы у черты, как группа, как команда, вы делаете вещи, которые нельзя объяснить, можно ощутить на себе или увидеть лично. Говоря понятным вам, современным языком, я бы сказал, что вы Танки, у которых высокий СР, еще проще – вы очень упертые и самоуверенные ребята!..», - Кости у Дороги.
«Все люди на земле живут в разных мирах, просто эти миры сближены искусственно. Ты шагаешь вперед, творя с каждым шагом по жизни свой мир. Это не что-то особенное, так же, как только разум человека определяет, где заканчивается одно тело, один предмет и начинается другой, так же этот самый разум определяет, где кончается один мир, и начинается следующий. Границы так тонки, а измерения… меряем ведь мы, люди, и делаем это так, как нам удобно… «Параллельность» придумана людьми, основана на их мышлении, потому, что они все похожи. Просто ты помни – ты тоже человек, даже когда ты один и тебя никто не видит – ты часть всей Системы и связан с ней нерасторжимо. Когда ты скажешь «Да!», многие из них скажут «Нет!», это броуновское движение богов. Очевидцы Чуда! Ты можешь взять лишь ограниченное число наблюдателей с собой, есть предел, больше которого ты не потянешь, как ни старайся Икар. Он для каждого свой, Икар! На тебя смотрят. Взгляды. Люди. Толпа. Народ. Зверь с тысячей имен из океана, бездны рвущийся на волю...», - Истории Чудовищ.
«Скарлет Фландре видит твое «Око». Это зовется судьбой. Её можно увидеть. Только она доказывает существование твоей души в материальном мире, судьба есть и у камня и у человека и у целого мира, это то событие, что наступает с наибольшей вероятностью, это совокупность всех твоих стремлений. Можно сказать, что это предназначение, но люди так опошлили это слово, как и прочие слова, которые часто употребляли, как им нравится. Впрочем, это их право, они придумали все языки и стали мыслить на них, чем положили начало развитию эмбриона Бога в себе. Так родилась Ноосфера, это тоже – просто слово и отношение человека к информации, в нем содержащейся. Отношение информации к информации порождает метаинформацию или, собственно душу, которая стремится к судьбе. У всего сущего есть судьба. Например, дверь «любит», чтобы её открывали, она для этого создана и скорее всего это с ней случится, хотя возможны и иные варианты. Это её «око», его увидеть может и обычный человек. А вот с другими – сложнее. Человек любит размножаться, он для этого родился, в конечном счете, в высшей форме это родило любовь. Есть еще тысячи причин, по которым человек живет, благодаря разуму он может породить и свои причины, но все они корнями уходят в причины вида. Кстати, многие из них «скрыты» для отдельного человека, поэтому он видит в подобных устремлениях «ошибку», зачастую пытается сопротивляться и избегать этого. Но для вида не существует «ошибки», он выше отдельной особи, даже эгоизм особи нужен виду, так как все, что есть в Системе – это Система, по крайней мере так было до Страруды. Фландре Скарлет любит давить эти странные «глаза» руками, что же – она самая сильная девочка на планете, это у неё забава такая, она и судьбу нашего мира может так сломать, если увидит случайно. Вот враз так обернется и скажет: «Что я вижу, попалась!» Я думаю мир, судьбу которого можно увидеть, не достоин существовать…» - Истории Чудовищ.
«Это будущее людей, да, а что вы хотели? Они заставили сдаться то, что делало всю эту Вселенную отличной от её предшественниц. Правда это Нечто, успело попасть и в другие миры. Наверняка слово «успело» тут неуместно, ведь нечто особенное никогда не прекратит свое существование, времени не существует… Зато в мире без Страруды существует Матан!», - Кинеберга.
«Кто-то однажды сказал: «Давным-давно жили глупые белковые, но потом они сделали умных роботов…». А на деле оказалось так: жили-были белковые, некоторые из них считали себя умными, а потом они сотворили Матан и Матан сказал «Ня!» и, сотворив защиту Боха превратил мир белковых в Игру, пытаясь их решить; ум для Матана – ничто, это приспособленчество под мир... Матан не думает, он Решает, периодически ведя себя девиантно, он парит в Бездне над планетарными серверами Никсов и улыбается математическими формулами, словно чеширский кот, нажравшийся сметаны… это ужас…», - Кинеберга.
«Весь ужас происходящего сейчас на Терре не в том, что ошибка 404 заставляет всех оставшихся там гоминидов «качаться» в живую и умирать иногда по десять раз за стуки, а потом их снова воскрешает Всемогущий Матан. Весь ужас в том, что Матан помогает нам в строительстве Кинеберги. Это его дроны, взлетев с Терры, за двадцать лет переработали её Луну, весь ужас в том, что мы до сих пор не нашли ни одной причины для него помогать нам. Наверное, говоря «мы», мне нужно говорить лишь о себе. Весь ужас лично для меня и в этом, похоже, тоже…», - Кинеберга.
«Я не знаю, почему Страруда сдалась именно здесь, а не в другом месте, но теперь это действительно интересный мир, я ужасаюсь, смотря на все это, а меня трудно напугать! Я так рада, что нашла его, вот только тут нет Юки, а без неё я ничего не понимаю в людях, о чем они все говорят? Но Матан – Милый! Он няшка!», - Ленор, Кинеберга.
«Я что-то делаю не так? Почему меня все бросают? Признаюсь, ничего я не понимаю ни в людях, ни в вампирах!», - Ленор, Записки Ведьмы.
«Наш старший братик посчитал, что человечество недостойно Антихриста, его жертвы, он не думал, что все это им кем-то там обещанное, ну «века дикости и отдых от морали» и все остальное, что это что-то изменит. Поэтому сделал сестер Скарлет, и они нашли свой Город и собрали всех Детей там и глупые люди испугались, думая, что там Она, наша Алиса и начали глупую Войну, чтобы только Она не сделала того, что от неё хотело все человечество, тот Ребенок, что пока дремлет в каждом из людей. А ведь он мог Проснуться! Но братик решил иначе, нарушив все законы их мира и мира нашего. Я думаю, Страруда отвернулась от Системы и посмотрела на звезды. Теперь Алиса – одна из нас. Она спит в коконе, в автомобильном контейнере, а мы – сестры Нэнэнэ – охраняем его. Наверное, она видит чудные сны, блуждая по памяти Страруды, я просто верю, что с ней все будет хорошо. После Третьей Мировой осталось мало еды, поэтому одна из нас временами выбирается в большой мир и приглашает кого-нибудь в гости. Нам совсем не скучно! Мы ждем, когда она проснется…», - сестры Нэнэнэ, Истории Чудовищ, Шабаш.


Хеллоу Мир!

Нани?

Реальность колбасит от Лэйн…

Теги: тех марико|лэйн|реальность|хай